История компании РЕСО-Гарантия

1991-1995 1996-2000 2001-2005 2006-2010 2011-2015 2016-… 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020
1991-1995 1996-2000 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2000-2005 2006-2010 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011-2015 2016-… 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020

Первый рекорд

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР)* приобрел 10% акций РЕСО-Гарантия.

Savelyev.jpg

Андрей Савельев


Торжественная церемония подписания соглашения прошла 16 мая 2007 года в Круглом зале московского «Президент-­Отеля», стены которого были свидетелями подписания многих межправительственных договоров и соглашений. Репортаж о церемонии был показан по крупнейшим телевизионным каналам. 

DSCN0361_r.jpg

Торжественное подписание соглашения между РЕСО-Гарантия и ЕБРР


Сделка, заключенная РЕСО-Гарантия и ЕБРР, стала по-настоящему знаковой, а ее финансовые параметры до сих пор являются рекордом для российского рынка. Европейский банк реконструкции и развития приобрел 10% акций РЕСО-Гарантия за 150 млн долларов США, оценив таким образом всю компанию в 1,5 млрд долларов, что в три раза превышало сумму, предложенную чехами годом ранее.

Переговоры с ЕБРР начались в 2005 году.

DSCN0333.jpg

– Стоит отметить, что ЕБРР – организация, мягко говоря, не очень быстрая и достаточно политизированная, поэтому серьезные решения там могут приниматься годами, – говорит Генеральный директор ООО «Холдинговая компания «РЕСО» Андрей ­Савельев. – Но узнать, как продвигается дело, стоило. Я проработал в ЕБРР шесть лет и очень хорошо понимал их внутреннюю кухню. И знал, как работают сделки с этой компанией, потому что сам их проводил. Как выяснилось, все так медленно двигалось, потому что они просто не были в курсе, что в РЕСО-Гарантия произошли такие серьезные изменения – появилась международная отчетность, упростилась структура собственности. Эта новая информация помогла резко «гальванизировать» сделку – она просто сорвалась с места и понеслась.

Здесь стоит сказать пару слов о специфике бизнеса ЕБРР. Этот банк – один из немногих институтов, который имеет бесспорный и безоговорочный рейтинг «3А» (кроме ЕБРР такие рейтинги имеют Мировой, Европейский и Азиатский банки, а также несколько правительств). ЕБРР всегда покупает только миноритарную долю, потому что компания, по сути, является государственным фондом прямых инвестиций, который не умеет ничем управлять и никогда не претендует на это. Иными словами, ЕБРР – это финансовый инвестор, который покупает миноритарную долю в компаниях, планирующих выйти на IPO. А в тот момент мысль об этом уже зародилась в головах руководства РЕСО-Гарантии. 

– Честно признаюсь, тогда у нас не было стопроцентного понимания, как этот процесс работает и какого типа инвесторы на IPO нам могут понадобиться, но одну вещь мы понимали очень хорошо: если до IPO мы сможем привлечь в наш капитал в качестве ­миноритарного инвестора такой институт, как ЕБРР, то это будет фантастическим знаком качества – насколько серьезную юридическую, финансовую и коммерческую проверку проводит Европейский банк, знают все, – говорит Андрей Савельев. – Над этой сделкой работали мы много, иногда ночами напролет, но в итоге закрыли сделку за четыре месяца – 1 июня деньги ЕБРР поступили на наш счет.

Таким образом, с 2007 года РЕСО-Гарантия получила статус самой высоко оцененной ­компании на российском страховом рынке с точки зрения между­народных инвесторов. Кроме того, сделка с РЕСО-­Гарантия стала самой большой инвестицией ЕБРР в ­акции российской компании, и новость об этом мощной бомбой разорвала медиапространство.

На пути к IPO

Сделка с ЕБРР стала завершающим этапом на пути к IPO, соответствующее решение было принято в ноябре 2006 года. С декабря 2007 началась подготовка, в которой участвовали большая команда инвестиционных банкиров и международная юридическая фирма. О планах размещения своих акций на Московской бирже компания объявила летом 2007 года, спустя всего две недели после завершения сделки с ЕБРР.

– В основном мы нацелились на международных инвесторов, поскольку в то время российских инвесторов на бирже не было как таковых, – продолжает рассказ Андрей Савельев. – Это был интересный опыт для всех нас. Владельцы компании и ваш покорный слуга постоянно ездили в Европу на переговоры, встретились, наверное, не меньше чем с 50 инвесторами, каждый из которых представлял очень крупный глобальный инвестиционный фонд с капиталом от миллиарда долларов и выше. Нам сразу бросилась в глаза одна важная деталь, которая однозначно характеризовала большинство потенциальных международных партнеров. Забегая вперед, скажу, что именно это откровение в итоге и привело к отказу от IPO в тот самый момент, когда инвесторы уже стояли к нам в очереди с деньгами. Речь идет о том, что все инвесторы, с которыми мы общались раньше (ERGO, PPF, ЕБРР и другие), были заинтересованы в долгосрочном партнерстве и в успехе компании, в том, чтобы РЕСО-­Гарантия больше зарабатывала, увеличивала свою долю на рынке и число агентов. В отличие от них инвесторы, торгующие акциями, не претендовали на роль стратегических партнеров, а были некими временщиками, настроенными на сверхкороткий горизонт инвестирования.

Я прекрасно помню, как к нам на встречу пришел представитель очень глобального инвестиционного фонда, под управлением которого было 5 млрд долларов. Лето. Лондон. Люди вокруг в костюмах и галстуках... Он пришел в шортах, сланцах и майке. Сидел, попивал кофе из «Старбакса», слушал нас, а потом спросил: «А я могу ваши акции продавать «в шорт»? (В среде финансистов этот термин фактически означает игру на понижение. – Прим. ред.)». Мы немножко опешили, потому что это вопрос регуляторный (на некоторых биржах это разрешено, на некоторых – нет), а не вопрос компании. Мы спросили его: «Уважаемый господин, а вы в каких целях интересуетесь?». Он говорит: «Да я вот думаю купить, например вас, «в лонг»; Сбербанк (который на тот момент уже котировался) – «в шорт», и построить спред». Мы его спрашиваем: «Уважаемый господин, а какой у вас горизонт инвестирования?». Он говорит: «Обычно между завтраком и обедом». То есть ему действительно было все равно, что будет с нашей компанией через год.
Мы провели множество встреч с инвесторами в Лондоне, Париже, Цюрихе, Франкфурте, Стокгольме, Сингапуре и… решили отказаться от IPO. И это не было вопросом денег, это был вопрос стратегического развития компании.

– Размещение акций для нас никогда не было само­целью, – говорит Сергей Саркисов. – Да, наверное, престижно было бы стать первой российской страховой компанией, которая вышла на публичные рынки. А акционерам, наверное, приятно было бы видеть рост своих акций на бирже. Но мы в бизнесе всегда были прагматиками. РЕСО-Гарантия не нуждалась в финансовых ресурсах, у компании был избыточный капитал. Средства были нужны только для развития других проектов.
После наших встреч с инвесторами на нас начали выходить гораздо более серьезные инвесторы – те фонды, которых интересуют наши бумаги на длительное время. Так что это был, безусловно, полезный опыт. Компания проделала очень большую работу в период подготовки ко всем этим мероприятиям.

Мы полностью, юридически и финансово, реструктурировали холдинг, перешли на ежеквартальную систему финансовой отчетности по международным стандартам, подготовили внятную стратегию развития. В результате за первое полугодие 2007 года мы сделали очень серьезный, более чем на 50%, рывок в ретейле; здорово рванули, почти на 100%, в страховании имущества юридических лиц.

Интересный факт
Упоминание в публикациях:
Другие материалы раздела
Лидеры российского страхования

РЕСО-Гарантия уже в третий раз стала лауреатом премии страхового сообщества «Золотая Саламандра».

Создание HR-службы

Много лет в компании существовал отдел кадров в составе административно-хозяйственного подразделения, который занимался исключительно кадровым делопроизводством, то есть вел необходимую документацию по оформлению сотрудников и агентов.